«Спасский холм» и «Нет АЭС в Монаково!» как два типа общественных движений

ya_i_spasskiyВсе-таки общественные движения – интереснейший объект для социально-психологических исследований и я благодарю судьбу, что на моих глазах и в некотором смысле с моим участием происходит разворачивание этих двух движений. Настала пора их сравнить.

Движение снизу и движение сверху

Главная особенность движения «Спасский холм» в том, что это, воистину, пример общественной самоорганизации. Его никто не придумывал, разные люди входили в него по совершенно разным личным мотивам (и выходили из него тоже). Каждый участник движения сам выбирает те формы участия (от простой подписи до депутатского запроса), которая в наибольшей степени соответствует его внутреннему состоянию и общественному самочувствию.

Это, кстати, обуславливает и слабости данного движения – у него собственно нет «организующей и направляющей», акции по отдельности не слишком многолюдны, много споров внутри самого движения.

Не то в движении «Монаково» — как уже говорилось ранее, оно носит все черты даже не только политтехнологического, но идеологического проекта. Лозунги изготовлены заранее и взяты под расписку, кричалки отрепетированы, на мероприятия никто не забывает пригласить корреспондентов. И они приезжают.

Два главных признака «срежиссированности» «Монаково» сверху – невозможно, чтобы какая-то идея синхронно охватила 70.000 голов, как это утверждают лидеры движения «Монаково». И второе – финансирование. Довольно легко подсчитать, во сколько обходятся акции данного движения «активистам». Простейший пример на владимирскую конференцию госпожа Осокина пригнала институтский автобус со своими сторонниками. Легко подсчитать, во сколько ей обошлась поездка (ну или студентам института). Или статьи в газетах «на правах рекламы».

Интеллигенция и народ

Простейший социологический анализ подписей показывает, что среди подписантов известного «воззвания за Спасский холм» либо люди с высшим, либо получающие высшее образование.  Наоборот, «Монаково» демонстративно антиинтеллектуально. Даже господин Кузичкин выступает в публикациях как некий «народный академик», забывая, что это звание уже давно и прочно занято Трофимом Денисовичем Лысенко.

Это опять-таки многое объясняет в характере движений. Интеллектуал – он, по определению, существо рефлексирующее, часто сомневающееся, а у нас в России – часто еще и запуганное. «А почему вы именно Андрея Боголюбского выбрали?» «А может это и не его холм?» «Давайте потерпим – может быть, все образуется».

Народ же (если его достаточно хорошо подготовить) действует безапелляционно – «Я Пастернака не читал, но скажу». «Был я там – воот такая ямина». «У нас в Муроме уже к онкологам не пробьешься».

О самодостаточности и несамодостаточности

Большинство участников процесса на Спасском холме еще и люди «с именами». Как в буквальном (подписи и прочие акции движения не анонимны), так и в переносном смысле – они вполне успешны и благополучны в своих профессиях, социальных и дружеских связях. Впрочем, они не стараются их афишировать – титулы и звания несколько смешны, и хвастаться ими стеснительно. Более того, выступая за Спасский холм, они часто многим рискуют – гораздо удобнее взять субсидию у «противоположной стороны» и тихо заниматься своим любимым профессиональным делом.

«Монаково» же является постоянным поводом для самопиара как его лидеров (сначала Вахляева, потом Кузичкина) так и для «сопутствующих». Ну а когда Единая Россия в Муроме «решила возглавить борьбу» с властью, то это означает одно – ни членам движения, ни самой власти ровным счетом ничего не угрожает.

И еще одно следствие разницы в подходах – основной посыл «Спасского холма» в позитиве. «Мы хотим, чтобы наш (подчеркиваем, наш, граждан) город стал краше, и чтобы люди участвовали в решении вопросов его украшения и расцвета». Посыл «Монаково» иной – «не позволям!» Причем в коллективном порыве обрести ощущение собственной значимости гораздо проще. Но вот предложил ли кто-либо из членов движения альтернативную концепцию экологически чистой энергетики в Центральном районе? Искал – не нашел.

Выводы 

Я хотел бы продолжать участвовать в движении «Спасский холм». Прекрасно осознавая его слабости, недостатки, а иногда нелепицы и прекраснодушные мечтания. Я никогда не приму участия ни в одном мероприятии «Монаково» (кстати, свой первый выговор от муромской начальницы я «схлопотал» за неучастие в соответствующем митинге).

Естественно, хотелось бы, чтобы движение «Спасский холм» развивалось. Но мне ценно, прежде всего, развитие горизонтальных связей. Почему-то мне кажется, что в нем участвуют люди, с которыми интересно разговаривать, общаться и делать общие дела.

Во всяком случае, «Спасский холм» никого не пытается обмануть. И в отличие от рядовых участников движения «Монаково» им вряд ли придется столкнуться с отвратительным чувством развеявшегося самообмана.

Вроде бы лет тронулся. Те, кто не хотят с нами разговаривать, начинают все активнее «подавать реплики в публику». Сброс или самоустранение Вахляева свидетельствует, что и в «Монакове» не все так просто и монолитно.

И я недаром заканчиваю этот разговор рассуждениями от первого лица. Каковым я намереваюсь быть и впредь.

Георгий Жарков